ФЭНДОМ


ВЫШЛА ТРЕТЬЯ ГЛАВА! ЧИТАЕМ И ОБСУЖДАЕМ! :)

Всем кто зашел в блог, привет! Полтора года назад я тут писал уже рассказ, Храм кровавой луны, ещё со старого профиля, он был вроде-как успешен. Теперь решил взяться за старое. Надеюсь то, что написано ниже, не покажется вам дерьмом)

Обьявления о новых главах всегда размещаются в названии самого блога, так что следите за ним, если вам интересно :3

Пролог

1illust

В стареньком придорожном трактирчике «Синий Слизень» было уже почти пусто, лишь пара оборванцев мирно храпела в углу на скамейке, возле разожжённого камина. Лишь осколки разбитых бутылок на полу да брызги дешёвой похлёбки на стенах напоминали старому трактирщику о дневном веселье – дружинники герцога Кеннля устроили праздник в честь женитьбы своего достопочтенного господина, конечно же с выпивкой, матерными стишками, проститутками и дракой стульями. Но у владельца «Слизня», Пузатого Буна, всё равно было хорошее настроение – вся еда и выпивка была оплачена трижды, настолько  пьяными были солдафоны, да и на этот раз никто не пострадал.

Рубиновые лучи заходящего солнца проникали через слюдяные окошки, освещая лежавшие на столах недоеденные окорочки и салаты далеко не первой свежести. Бун ненадолго присел на мягкое бархатное кресло, чтобы насладится короткой идиллией… но тут раздался стук в дверь.

Немного помедлив, старик вырвался из дремоты и направился к двери.

- Иду, иду! – раздражённо проворчал трактирщик Бун. В правой руке он держал тяжёлую двустволку – кто знает, какие люди шастают тут в глуши поздним вечером?

Щёлкнув замком, а затем и несколькими задвижками, Бун открыл дубовую дверь, и отшатнулся назад в испуге. Весь дверной проём был занят внушительной фигурой грузного, перекачанного мужика. Не стриженная месяцами щетина и выпяченная вперёд нижняя челюсть придавали ему совершенно зверский вид. В целом же он выглядел как настоящий Викинг – кожаные штаны были сшиты чуть ли не морским канатом, тяжёлые ремни пересекали грудь гиганта крест-накрест, а за спиной у него висела здоровенная секира.

11illust

Не подождав даже намёка на приглашение, Северянин ступил внутрь «Синего Слизня» и тяжёлой поступью направился к столикам. Тем временем из-за его спины показались спутники сурового воина – бледная девушка в дорогущем резном доспехе и высокий, худой араб в грубом сером плаще.

Троица прошла мимо мямлящего что-то себе под нос трактирщика и села за ближайший к входу столик. Викинг занял сразу два стула своей титанической задницей. Наконец, собравшись с силами после такого зрелища, Бун выдавил из себя несколько простых слов:

- Ч-ч-что заказывать будете? – дрожащим от волнения голосом спросил он.

Огромный северянин медленно повернулся в сторону пузатого маленького старичка, после чего долго смотрел на него каким-то оценивающим взглядом. «Видимо решает, что вкуснее – я или моя еда!» подумал трактирщик.

Но похоже просто скорость речи исполина соответствовала его росту, и он совершенно спокойно заговорил:

- Фред.

- Что-что простите? – Бун ничего не понимал: то ли Викинг пытается угадать его имя, то ли говорит своё…

- Зовут меня так. Порося хочу! – товарищи здоровяка за его спиной одобрительно кивнули, соглашаясь с кулинарными вкусами своего друга.

- Д-да, сейчас будет! – старикан с несвойственной для него прыткостью тут же бросился на кухню.

- А бабы у него тут есть?! – услышал он за своей спиной. Бун было испугался за судьбу своих внучек, спящих на втором этаже, но тут впервые раздался голос одного из спутников Викинга:

- Заткнись, дуболом. – голос бледной девушки (а это был именно её голос) звучал мягко и приятно, но здоровый бугай сразу замолчал. Трактирщик со спокойным сердцем продолжил путь на кухню.

Через два часа жарки здоровый сочный поросёнок был готов – аромат горячей свинины наполнил весь трактир. Бун осторожно понёс «деликатес» в зал со столами.

Когда он вынес поднос к гостям, то обнаружил, что солнце уже скрылось за горизонтом и на улице царили сумерки. Гости вели себя очень тихо и спокойно – Викинг спал прямо на столе, девушка-рыцарь смотрела в окно сквозь грязные полупрозрачные шторки, а араб возился с барахлом, которое достал из рюкзака. Домашнюю атмосферу нарушал лишь неприятный запашок, исходивший от остатков еды на соседних столах и стенах.

Но…

У Буна всё поплыло в глазах, и он выронил поднос из рук.

«Сердце прихватило? Или просто устал? Дурак, как же я не удержал такое блюдо, ой дурак…» мысленно причитал трактирщик, осознавая какую кучу денег он только что погубил.

Ты слеп? Старик, неужели ты не видишь? Дурень, бездумный слепец, взгляни вокруг! Как ты был наивен! О боги!!!

Бун наверное бы испугался голосов в своей голове, да и столь странного головокружения. Если бы не взглянул.

Взглянул чистыми глазами.

Если бы не увидел.

Мерзкий запашок оставленного на столе мяса исходил не от тарелок. Он исходил от трупов его внучек, валявшихся на полу в лужах запёкшейся крови.  Как безвольные куклы они лежали на полу, их руки и ноги были изогнуты в безумных, больных позах.

Вонял сгнивающий на глазах трактир, покрывшийся плесенью и слизью.

Воняли три трупа, стоявшие со ржавым, склизким оружием над телами его любимых девочек. Кучи слизистой грязи, едва напоминавшие людей.  Грудь полуголой девушки в обрывках одежды, которая так недавно казалась прекрасным рыцарем, была разверзнутой дырой, обрамлённой сгнившими рёбрами. Чудовище словно хотело вернуть себе свои потроха – из ее живота свисали, кое-как просунутые внутрь, подгнивающие кишки растерзанных внучек Буна.

- Ты увидел. Не правильно. Но не бойся. Нам нужно мало. Лишь тело и душа.

Старик хотел орать. Орать, захлёбываясь слюной, при виде мёртвых детей, при виде стен трактира, обращающихся в мерзкое свидетельство смерти природы.

Он хотел заткнуть уши, чтобы не слышать криков двух бродяг, блюющих собственными внутренностями, перемешанными с червями и гнилью.

Он хотел рассказать всем вокруг об этом ужасе, крича словно безумец.

Как многих могла-бы предупредить голова Пузатого Буна, если бы была на плечах. Но она уже упала на гниющий пол, отрезанная ржавым клинком девушки-заразителя…

Из двери безжизненного трактира вышло зло. И вся трава вокруг была сера и мертва.

12illust

Первая глава – Друид

На самом краю Большого Леса между деревьев маячила маленькая фигурка, укутанная в шерстяной плащ.

На этот раз Ангвий шёл по грязной лесной тропинке один, пачкая длинный деревянный посох и мантию в глубоких лужах. Но старец был рад побыть один – в прошлом году ему пришлось вести через этот лес десятки сирот, чьих родных выкосил голод . На этот же раз пшеницы собрали уйму, и в каждой деревне сейчас проходил весёлый и буйный Праздник Хлеба, ознаменовавший урожайный и тёплый сезон.

 Ангвий бодро шагал меж высоченных сосен, крутя в руках замызганный кусок бумажки, на котором почерком лекаря были выведены какие-то несомненно важные записи. Быстро пробежав глазами по корявым строчкам, старый Друид немного помрачнел – одна сирота тут всё же была, и ему, как старейшине сиротского приюта, было необходимо накормить её и увести в Лесную Общину.

- Эх, опять не получится порыбачить… - пробормотал себе под нос старец. Он шёл всё медленнее, а затем и вовсе остановился, задумавшись о том, когда же он всё-таки выкроит время для себя любимого.

Размышления Друида были прерваны стуком копыт, который он услышал за своей спиной. Обернувшись, Ангвий увидел высокую девушку, едущую на коне по узенькой тропинке – старый вороной жеребец по щиколотку проваливался в грязную жижу, оставшуюся после вчерашнего дождя. Рядом с конём шёл здоровый мужик, за спиной у которого висели громоздкие мешки из грубой рабочей ткани. Светлая борода, заплетённая в косы, и рогатый кожаный шлем выдавали в спутнике незнакомки Викинга, хоть и весьма заурядного.

Странники… Часто старик задумывался, почему же такое романтичное и красивое имя было дано столь несчастным людям? Ведь странствующие рыцари – это рыцари без надела и денег, вынужденные служить кому-то чуть ли не за еду, чтобы выживать. Чтож, видимо потому, что именно среди них бывают герои, ведь великие воины не сидят в своих усадьбах у камина, наслаждаясь тёплым чайком, не так ли?

Пока Ангвий снова уходил в царство своих мыслей, путники приблизились на дистанцию, достаточную для приветствия, и что не менее важно, внимательного разглядывания! Цепкий взгляд старейшины сразу стал осматривать странников с головы до пят. Викинг был одет в холщёвую рубашку и плотный жилет, крепившийся прямо к штанам маленькими ремешками. Как ни странно, у него похоже не было собственного оружия, да и лицо здоровяка было скорее не суровым и северным, а добродушным.

Насмотревшись на могучего «носильщика» Друид перевел взгляд на девушку-всадника… и слегка пошатнулся от испуга: правая половина её лица была словно одним большим шрамом, настолько она была изрезана когда-то, к тому же был слепым и полузакрытым правый глаз. На левой стороне лица всё было не так страшно – всего пара обычных шрамов и след старого ожога. Всю эту картину обрамляли прямые, почти белые волосы, доходящие до плеч. Броня путницы была стальной, покрытой потёртостями и следами ударов. Несмотря на это, на старых пластинах не было видно ни следа ржавчины или вмятин – было ясно, что за доспехами ухаживают и содержат в надлежащем рыцарю, хоть и странствующему, виде. Поддоспешник, перчатки и сапоги были сшиты из плотной, многослойной кожи, способной защитить от любых трудностей, уготованных суровой погодой.

Старец грустно взглянул на свои ноги – его холщёвые ботинки были изодраны в клочья. Он так привык к скромному образу жизни лесного друида, что совсем позабыл, какого это – иметь подошвы без как минимум двух дыр.

- Здравствуйте! Вы старейшина Ангвий, не так ли?

Осведомлённость девушки о его имени мгновенно отвлекла Друида от разглядывания своих старых лохмотьев.

- Ну да… - медленно протянул Ангвий, гадая, что его ждёт.

- Ох, замечательно! Мы уж думали не догоним вас – Викинг с мешками кивнул, подтверждая слова своей спутницы – мы за вами следуем от самой Общины. Нам сказали, что вы ушли за сиротами, и среди них можно отыскать оруженосца…

Ангвию очень понравился голос девушки… да и выражение оставшейся части лица тоже. Друид – всё же маг, хоть и очень мирный, поэтому старейшина отлично различал в человеке добро и зло. И в обоих странниках он не мог различить каких-то серьёзных пороков, а дух незнакомки и вовсе казался намного более сильным, чем её тело. Настоящий, рыцарский дух, можно сказать, хоть и слишком чёрствый. Теперь старик стал окончательно уверен, что его не попытаются ограбить.

- Ээээй! – возглас викинга вырвал Ангвия из раздумий, вернув в реальный мир, в котором уже повисла неловкая пауза.

- Ой! Ох, простите великодушно, – извинялся старец  - просто я иногда совсем ухожу в себя. На самом деле довольно часто… Чтож, если вы ищете оруженосца, то боюсь выбор не велик. В этом году у меня в списке лишь девочка лет двенадцати.

- Ну что же… Из грязи мы выбрались, так что садитесь на коня, почтенный Ангвий. Подвезу вас, заодно узнаю, насколько эта девчонка любит приключения, – произнесла усталым голосом путница – меня зовут Сольвейг, а этого здоровяка – Бьёрн.

- При-ятно поз-накомиться, - пропыхтел друид, забираясь на спину старого, но высокого и довольно крепкого коня. Когда он наконец оказался наверху, то понял, что сидеть в седле, прижавшись к спине девушки – верх неприличия, и перебрался на голую спину коня, схватившись за край седла лишь руками, чтобы не свалиться. Старик поймал на себе удивлённый взгляд наездницы и её спутника – они явно не понимали, зачем Ангвий производил все эти манипуляции. «Эх, некультурный народ эти северяне!» - подумал старик.

Но вот приготовления закончились, и компания двинулась в путь.

Сольвейг и Бьёрн активно обсуждали то, что в городе мясо – не мясо, а салаты – из вонючих погребов. Друид не стал прерывать их важной беседы и стал смотреть по сторонам – путников окружала осенняя степь, порытая золотистой, высокой травой. В таких местах сам воздух словно чище, а небо – синее и прекраснее.

Ангвий уже жалел о своей вежливости и культурности, отбив весь зад на голой спине жеребца, когда на горизонте наконец замаячил тёмный силуэт одинокого деревянного домика.  Подъехав ближе, компания различила сидевшую на ступенях грустную девочку. Она ждала прихода посланника Общины. Наездница тем временем повернула в сторону ограды, чтобы привязать коня, и старик направился к сироте пешком.

Она всё ещё сидела на ступеньках, наблюдая за новоприбывшими слегка недоверчивым взглядом. Девчонку звали Мари, судя по записям сиротского приюта. Её волосы были ярко-рыжими, а всё лицо было сплошь порыто веснушками, да так, что обычный цвет кожи было трудно различить. Посреди веснушек виднелся маленький рот, с по-мальчишески тонкими и бесцветными губами, вздёрнутый носик и большие синие глаза, с опять же рыжими ресницами.

- Здравствуй, юная леди – сказал Ангвий, подойдя к сироте, и склонившись в шутливом поклоне.

- Здравствуйте! Вы приехали меня забрать, я знаю… а вот куда, не знаю.

- О, это прекрасное место, малышка Мари, - стал описывать посланец - там высоооокие деревья и всегда поют птицы, там много девочек, с которыми ты могла бы общаться, а ещё сады и красивые дома, а ещё… - друид не стал продолжать. Он видел что его не слушают – девочка восторженно смотрела за спину старика, разглядывая огромный двуручник, с которым, словно с тростью, ходила вдоль плетёной ограды Сольвейг. «Эх, похоже они просто родственные души» - с улыбкой подумал старейшина. Их нельзя было разлучать – это он отлично понимал, иначе не мог бы утверждать, что разбирается в людях.

Немного подумав над словами, старик снова заговорил с сироткой.

- Слушай, а вон та девушка со мной тут, чтобы взять тебя в оруженосцы. Как ты думаешь, хорошая это идея? Или мне всё же отвезти тебя в спокойный лесной городок, полный таких зануд как я?

Ответ был очевиден.

Через три часа, уже ближе к закату, троица странников собралась в путь. Две молодых кобылы – весь скот погибшего отца Мари – достались девочке и викингу, и теперь никому не приходилось идти пешком. Рыжего оруженосца приодели, и теперь она выглядела более солидно – стеганый доспех и тяжелые сапоги даже придавали ей немного мужественности.

Пришло время прощаться.

- Прощайте! Счастливых вам приключений, вы же их так любите! – прокричал напоследок Ангвий. Развернувшись к лесу он пошёл домой, по старой, хорошо известной ему тропинке… Вдруг кто-то схватил его за руку и потащил назад – это была Мари.

- Идём с нами! Не быть же тебе занудой всю жизнь!

- Но меня жд…

- Говорю же, не будь занудой!

Друид безвольно плёлся за рыжей бестией и смотрел на Сольвейг и Бьёрна. У викинга улыбка растянулась до ушей, и даже на лице суровой воительницы появилась усмешка, немного кривая из-за шрамов.

Может, он хотел этого сам? Бросить всё это к чёрту? Стать одним из странников, таких непонятных и несчастных людей, получивших столь романтичное название?

Да он и всегда этого хотел… И хоть путешествия - дело молодых, наверное стоит рискнуть.

Иначе зачем жить в рутине?

Дальше его уже не нужно было тащить. Ангвий побежал сам, да так, что обогнал Мари. Очень быстро он достиг остановившихся всадников. Бьёрн похлопал его по плечу и громко засмеялся:

- Видимо твои духи природы любят путников, а, Друид? Потому что я ещё никогда не видел чтобы старички так быстро бегали, даже мой отец от кабанов на охоте улепётывал медленнее! – викинг снова расхохотался, а смех – штука заразительная, и на этот раз смеялись уже все. Безрассудное путешествие только начиналось. Но оно сулило славу настоящих героев…

Бьёрн уступил старику лошадь, сказав что «пешие походы с мешками лишь закалят его тело!», и теперь бодро топал за троицей наездников.

Как же хорошо дышалось бывшему старейшине! Воздух словно обрёл непередаваемый вкус свободы и вольных странствий, он был наполнен восторгом и возможностями. Запад, восток, север и юг – теперь он мог идти куда хочет, в компании весёлых и дружных людей!

Теперь он понял, почему слово странник так красиво. Потому что странник – это Свобода.

Ну а в глубине души друида всё же была капелька сомнений. Может, он понимал что расстаётся со вкусной едой и тёплой постелью? Не-е-ет. Этим он был сыт по горло… значит наверное просто волновался из-за вчерашнего кошмара. Всего лишь сон, а настроение испортил! Что за глупость? Э-э-эх…

«Интересно, а если бы я предупредил того трактирщика раньше, сон шёл бы по-другому?» - в шутку подумал Ангвий, смотря на красивый закат.

Вторая глава – Странствие Странников

Прохладный ветерок дул в лицо Сольвейг, заставляя её белые, мягкие волосы развеваться, словно морозную вьюгу. Когда ветер становился сильнее, она щурилась, сминая красную, грубую кожу своих шрамов в некрасивые, словно вырубленные в лице морщины. Её конь уже очень устал, а второй день поездки подходил к концу. Когда солнце наконец-то скрылось за горизонтом, группа разбила лагерь прямо на обочине и друзья разожгли костёр – в такой глуши не было разбойников, так что прятаться было не от кого.

Глушь… эти степи действительно были очень далеки от людей, и столь же спокойны, как и за тысячи лет до сего дня. Община друидов считалась чуть ли не западным краем мира, а за их лесом были лишь бескрайние, вечные и колоссальные Горы Предела. Ну а странники шли на восток, к «центру» этой далёкой области, небольшому, но известному своей неприступностью городу-замку Вестхельд.

Огонь горел ярко, словно маленький кусочек зашедшего недавно солнца, оторвавшийся от огромного и жаркого светила. Новоиспечённые товарищи уселись вокруг костра, согревая в теплом, колышущемся воздухе ладони – шла лишь первая луна осени, но ночью холодный ветер пробирал до самых костей. Спать никому особо не хотелось, так что каждый из путников был занят своим делом.

Бьёрн достал из своего огромного мешка скромные лакомства странников – копчёное мясо, твёрдый сыр, картошку и воду – и стал готовить походный ужин, предварительно соорудив небольшую жаровню из камней и чугунного котелка. Сольвейг в это время сидела с медным зеркалом в руках, повернув изуродованную половину лица к свету костра, и с задумчивым видом втирала в иссохшую на ветру кожу какую-то зеленоватую целебную мазь. Рыжая Мари затачивала лезвие двуручника своей новой наставницы, а Ангвий, чтобы хоть чем-то отплатить своим спутникам, кормящим его бесплатной едой вот уже второй день, готовил из собранных  в бескрайней степи трав вкусную, бодрящую и укрепляющую тело приправу.

И естественно, что в такой обстановке не могла долго сохраняться тишина, и друзья стали травить байки о волшебных белых драконах с бирюзовыми перьями, о проклятой древней тюрьме, наполненной злобными скелетами до самых краёв и многом, многом другом… Но вот сказки кончились, и путники умолкли, не зная, о чём бы поболтать дальше.

 - Слушайте, - унылое молчание и зевоту прервала Мари – а зачем мы вообще идём? Я… я была очень рада вырваться из дому, но вы ведь рыцари! У вас же есть цель путешествия? Хоть что-то героическое?

 - Ну, как тебе сказать, - прогудел своим басом Викинг – я вообще не рыцарь… я скорее бандит, как и мой отец, как и мой дед, как и… ну ты поняла. Мы – викинги! Мы воины, а не эти рыцари - блестящие жестянки, самовлюблённые нежен… - Бьёрн спохватился, зажевал последнее слово и с опаской поглядел на Сольвейг, но она сидела всё так же спокойно и тихо, словно не расслышала оскорблений. Лишь через несколько секунд, выдержав немного драматичную паузу, она заговорила:

 - К сожалению, чаще всего, так оно и есть, – грустно протянула девушка, не отводя взгляда от огня.

 - Гхм… хм… Ну так вот, - уже немного тише и без былого напора продолжил свой рассказ северянин – я был разбойником севера, идущим в очередной набег на городишко Нухтгут. Наша компания шла по лесной дороге, чтобы нас не засекли на заставе и не вызвали подмогу… ох, какие ж мы были тупые! Лес оказался в сто раз опаснее, чем охрана, на нас с деревьев сыпались какие-то гады в набедренных повязках и измазанные грязью, дикари покруче нашего брата. Мои засранцы-«друзья» бросили меня и побежали назад, я остался один против пятерых, и крышка бы мне гробовая светила вместо солнышка, если бы не эта милашка! – Бьёрн тяжко похлопал по плечу сидящую рядом с ним Сольвейг. Согнувшись от такого похлопывания, девушка всё же скупо улыбнулась – Вместе мы сделали отбивную из этих парнишек, и вот теперь я в долгу у неё – а долг жизни дело серьёзное. Хотя, одному мне ходить всё равно было-бы скучно!

2illust
- Да уж, я просто потрясающий собеседник в дальних путешествиях – сказала Сольвейг, оторвав наконец взгляд от костра, и Викинг добродушно расхохотался, заражая своим громовым смехом и остальную компанию. Отсмеявшись наконец, Бьёрн стал готовить из разогретой в жаровне еды походную похлёбку, приправив её смесью целебных трав от Друида.

 - Ну а у тебя… То есть у вас есть какая-то цель странствий? Вы-то уж точно настоящий рыцарь! – задала тот же вопрос Мари, но теперь адресовав его покрытой шрамами девушке.

 - Эх… цель странствий… Понимаешь, девочка – странниками редко бывают по своей воле. Я была дочерью богатого лорда, была наследницей большого приданного и известной фамилии… Но только до четырёх лет. Потом началась война, и моя мать, скажем так… сыграла в ней не самую приятную роль. Роль предательницы и отцеубийцы. И теперь мой род все предпочитают «не припоминать», мой родной дом сожжён, а «друзья семьи» плюют мне под ноги. Именно поэтому я и странствую – лишь так я могу найти настоящих друзей, тех, кто будет ценить меня, несмотря на боевые шрамы и опозоренную фамилию.

 - Ясно… - пробормотала рыжая, и в воздухе повисла тяжёлая, словно липкая тишина.

Сольвейг обвела взглядом понурых и нахмурившихся путников, явно проникшихся такой историей.

- Да ладно вам! – выкрикнула она – Мне четыре года было, я уж и не помню ничего, глупые! Поплачьте ещё…

Бьёрн и Мари улыбнулись, услышав от чёрствой и суровой девушки эту неумелую попытку их успокоить… а Ангвий с ужасом на лице, в беззвучном крике указывал за спину викинга.

Опешив на секунду, воин развернулся и стал вглядываться в темноту, отстраняя остальных странников за свою спину.

- Чего ты там углядел, говори! – голос Бьёрна теперь уже был совершенно серьёзным, даже слегка грозным.

- Труп, труууп… - старик просто мямлил одно и то же слово, раз за разом, скованный паникой.

Викинг нахмурился, и снова посмотрел во тьму. Очертания врага наконец-то стали вырисовываться в свете огня – распухший мертвец нечёткой, медленной походкой приближался к костру.

Труп был всё ближе и ближе, уже раскрыл мерзкий рот, готовясь ухватить живую плоть… Северянин схватил тяжёлую палку, которая поддерживала уже ненужную самодельную жаровню, и снёс немёртвому голову. Безвольное тело упало на землю, всё ещё дёргаясь в беспорядочных судорогах – агония наконец наступила для него, хоть и намного позже, чем нужно.

 - Тьфу ты! Дед, ну ты и дуралей! – Бьёрн отшвырнул в сторону заляпанную слизью и тухлятиной палку – Это же обычный зомбяк, их тут по округе дофига шляется! У вас в лесу что, правда кроме птичек да зайчат никто не водится?

Сольвейг вздохнула с облегчением, и снова уселась у костра, из-за её спины вышла и напуганная Рыжая. Викинг, что-то ворча про себя, побрёл к котелку и стал разливать похлёбку. Друиду было настолько стыдно, что он просто сел в сторонке, и стал смотреть на костёр, вытирая позорные слёзы страха с морщинистых щёк.

 - Значит… Значит зомби не страшные? – спросила Мари с поражённым видом.

 - Конечно нет! Что может быть в них страшного? – басом начал объяснять воин – Мышцы сгнили, кости сломаны… они разве что воняют сильно, и заразу подхватить можно ненароком - других опасностей я в зомби не вижу. Обычный бандит в сотню раз опаснее!

На этом разговор закончился, и все стали уплетать вкусный, тем более на голодный желудок, горячий супчик из мяса и картошки. Подкрепившись, друзья ещё некоторое время смотрели на огромное, тёмно-тёмно-синее небо, испещрённое яркими звёздами, а потом легли спать, дежуря по очереди, чтобы ночные гости их больше не беспокоили.

На следующий день пути, когда солнце было в зените, вдалеке замаячил контур леса, а потом и городские здания. Погружённые в лес почти полностью, могучие стены твердыни Вестхельда обросли столетними мхами и лишайниками, придававшими им особый, древний и благородный облик.

Странники наконец-то приехали к городу, отправной точке их следующего пути, пока ещё неизвестного, возможно захватывающего или скучного, наполненного сражениями или мирного, лёгкого, словно плывущие по небу облака… Странствия приносят много сюрпризов.

Мясо у них всё равно странное, а салаты – из вонючих погребов! – пробурчала Сольвейг, когда тяжёлые, обитые железом створки ворот наконец-то открылись, впуская их внутрь.

Третья глава – Планы на будущее проясняются

Викинг, Друид и Рыжая сидели за столиком в небольшой харчевне на окраине города, уплетая то самое «странное мясо».  Хотя на вкус оно было очень даже ничего, надо признать. Тем временем невольная предводительница команды приключенцев, которая вместо одного тихого помощника нашла трёх весьма эксцентричных спутников, стояла возле доски с объявлениями для вольных наёмников и курьеров, пытаясь выудить какие-то сведения у некого толстопузого мужичка. Он сидел на своём табурете вальяжно, по-королевски – сразу было видно, что именно этот человечек тут ворочает грязными делишками.

Пока Сольвейг занималась поиском подходящих заданий, а все остальные ели, Ангвий решил поподробнее рассмотреть своё будущее жилище, ведь эту ночь компании придётся проводить тут.

Харчевня была обставлена очень просто, но при этом удивительно чисто и аккуратно для такого заведения. На стенах висели дешёвенькие, но неплохо подобранные по цвету гобелены, немного поеденные молью, а окна были закрыты льняными кружевными шторами. Вся мебель вокруг была сделана из тёмного, сухого дуба и казалось крайне массивной. На прочном деревянном полу вовсю плясали пьяные стражники и простой народ. Несмотря на это атмосфера была вполне уютной, можно даже сказать праздничной…

Друид оторвался от созерцания окружающих вещей при звуке громкого рыганья Бьёрна. Старик уже хотел начать читать воину длинные лекции о правильном этикете, но викинга спасло возвращение «командира» группы – Сольвейг наконец-то нашла подходящую работу.

- Тааыыыааак, - пытаясь подавить беспощадную зевоту, промямлила она – задание у нас простенькое, награда тоже… очень простенькая. Но этот гад просто отказался давать нам что-то другое, мол «маловато вас, да ещё и эти двое зелёных под ногами мешаться будут» - после этой фразы девушка несколько обиженно посмотрела на новичков – один их вид похоже убивал все шансы предстать в глазах местных «бывалыми вояками».

- В общем так… - продолжила после паузы Сольвейг - на какую-то деревушку в 40 лигах отсюда напали разбойники, простые лесные бродяжки… Богатеям не было бы никакого дела до крестьян, да вот только дочка местного богатея Аарона Толстосума, Дарья, была проездом в этой деревне и попала, цитирую: «в лапы коварнейших убийц!» - воительница кинула на стол мятое объявление, для общего ознакомления. – На всех будет 60 серебряных… не густо, но есть будем каждый день, хех.

- Так мало?! Не может быть, это же его дочь! Как этот Толстосум может так поступать? – негодующе затараторил друид.

- О, мой друг, вы ничего в этом мире не знаете… – девушка уселась рядом со стариком – Конечно же, он не бессердечный ублюдок, как вы о нём думаете. Аарон наверняка послал за дочерью лучших солдат, которых смог найти, созвал всех своих друзей и готов заплатить любые деньги за драгоценную малышку… Но если вот вдруг, почему-то, каким-то чудом, до цели первыми доберёмся мы, «дешёвки» за 60 серебряных, то ему не придётся платить горы золота профессионалам… Жадные люди жадны всегда, и это возможность для Толстосума сэкономить уйму денег на спасении своей дочки. Ну а в случае нашей смерти дочь ему всё равно вернут, правда уже дороже. Так это работает.

- Вот же засранец! – протянул Викинг, но в его голосе легко улавливались нотки восхищения такой степенью хитрожопости.

- Но как мы будем соревноваться с наёмниками, которым платят горы золота? – грустно спросила Мари, уставившись в пустую тарелку и потеряв всякую надежду на интересное приключение.

- Эти позолоченные во всех местах чурбаны не знают ни троп, ни переправ через реки… В общем они изначально настроены на то, что уже победили, вот и ведут себя как идиоты. Мы легко сыграем на этом! Пойдем уже спать… завтра встаём с рассветом, и сразу в путь. Отдохните хоть немного…

Через пару минут все собрались в своём номере. Одном номере на всех.

Четыре кровати теснились в маленькой, освещаемой единственной свечкой комнатке, а в углу, возле единственного окна, красовался умывальник и ведро воды. Обстановка была спартанской.

- Вот значит почему «эконом-номера» так непопулярны… Как же мы спать-то будем, тут даже раздеться нель… - Ангвий чуть не проглотил язык, когда увидел что Сольвейг уже осталась в одних трусах, как ни в чём не бывало откинув свои вещи на подголовник кровати. – Но ты… пф… но… эм…

- Да помолчи ты, стесняшка. Если я тебе не нравлюсь, отвернись и не смотри, а сам спать ложись. У нас на отдых четыре часа осталось.

Старик быстро последовал совету обнажённой девушки, и отвернувшись от неё забрался в кровать. Раздеваться перед всеми он не стал, сочтя это невыносимым развратом. «Надо будут поговорить с этой девчонкой о правилах хорошего тона!» подумал друид, отвернувшись к холодной каменной стене.

Красный от смущения, он понял, что всё же разглядел тело своей спутницы – гибкое, молодое и немного мускулистое. Была в нём какая-то воинственная красота, красота гладких мышц, перекатывающихся под бархатной кожей, красота небольших упругих гру… «БРРР!!! О чём ты думаешь, старый дурак?! Тебе 65 лет, чёрт возьми!» Ангвий постарался отвлечься от этих мыслей, подумав о том, откуда на молодой девушке столько шрамов? Ведь на её теле их был не один десяток! Рваные раны на бёдрах и спине… жуть…

Вдруг из-за спины бывшего старейшины донёсся голос Бьёрна, лежащего на соседней кровати:

- Ты думаешь о шрамах, да? Просто предупреждаю, не спрашивай у неё…

- А ты знаешь? – не выдержав давления загадки спросил друид, в надежде приподнять завесу тайны.

- Ну… вообще да. Вроде того. Она бормочет во сне часто… Похоже, лет через пять после того, как её мать предала своих, люди совсем взбесились, от голода авось, и на ней зло выместили – кинули в загон с голодными псами… Даже страшно представить, ей ведь всего девять лет было, а её там чуть ли не на куски порвали! Ужас… - после этого здоровяк как-то необычно для своего шумного характера затих, и не говорил больше не слова. Видимо даже для сурового северянина эта история казалась чудовищной.

«Какая же она бедняжка…» вздохнув, подумал старик. Реальная история шрамов Сольвейг оказалась ужаснее любых догадок Ангвия.

Неприятную, печальную тишину вдруг прервал шёпот Рыжей:

- Пссс! Ребята! Идём за мной, скорее, на второй этаж, к дорогим номерам! – прошипела Мари и выбежала в дверной проём, жестом призывая остальную компанию идти за собой.

Сонные, но всё же заинтересованные приключенцы на цыпочках поднялись на второй этаж, и увидели в коридоре Рыжую, уже прильнувшую ухом к одной из дверей. Она яростно махала руками, похоже давая понять, что друзьям стоит двигаться побыстрее.

Подойдя к двери вплотную, Сольвейг дала ей подзатыльник и тихо зашептала:

- Дура, ты что, мы спали уже, чего у тебя там такого срочного?!

- Стойте-стойте-стойте! Тише! Слушайте, о чём они там говорят! – Мари говорила всё это с какой-то щенячьей радостью.

Вся компания дружно прислонилась к двери, заставив своим весом её натужно скрипнуть. Из-за двери были слышны какие-то голоса, один грозный, командирский, другой же совершенно точно принадлежал какому-то подхалиму.

- Значит, так говорят? – медленно, словно взвешивая каждую букву, спросил «командир».

- Да-да, именно так и есть… Слухи слухами, но об этом говорят в каждой мелкой деревушке к северу отсюда… - затараторил «подхалим», захлёбываясь слюнями от предвкушения какой-то награды.

- Ближе. К. Делу. – уже раздражённо и громко сказал «командир», словно вырубая свои слова в воздухе.

- Летающая гора! Все крестьяне видели её! Парит над Хребтом Джеймса, вершиной вниз, а подножье скрыто в облаках! Все, все говорили что она просто огромна! – даже из-за двери было слышно, как «подхалим» подпрыгивает от радости, сообщая эту новость.

- Оооо… Ты уверен? Это действительно интригующая новость…  Если всё так как я думаю, и это именно ОНО… Соберите отряды ищеек. Тогда… тогда я стану богаче всех королей этого мира…

Дальше странники слушать не стали – отпрянув от двери они бросились вниз, к своим постелям, чтобы хорошенько отдохнуть. Похоже, их маршрут стал значительно длиннее…

Утром друзья верхом на лошадях уехали из города. Но не через восточные, а через северные ворота. Как странно…


Мягкое, неприятное тело Ицли снова пробрала дрожь. Она уходила в самые глубины её слизистого организма, пробуждая животные, мерзкие судороги. Ицли давно не ела мозга разумного существа, и это страшно угнетало её. Густые слюни беспрерывно текли из маленького, зубастого рта.

А отвратительное чувство всё пронизывало студенистую плоть, заставляя существо биться в эпилептических припадках. Ицли хотелось бежать, бежать из этого места, не менее отвратного, чем она сама, а её тело, похожее на пародию человеческого, уже плохо подчинялось.

Ицли билась в разрушительных, ломающих хрящи судорогах. Она слышала. Мягкие мышцы рвались, а из забитого слюной рта донёсся визг. Она слышала.

Она слышала страшное дыхание Семи Древних Королей.


Продолжение следует

Комментируйте новую главу, мнение читателей важно для меня!

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.